27.

Час за часом пробегают мимо, возможно, прошел уже целый день, но я не замечаю этого. Просто, наконец, заставляю себя подняться.

Нужно принять ванну. Я должна смыть с себя всё. Должна очиститься…

Я могу сколько угодно тереть кожу жесткой губкой, но даже тогда я не смогу избавиться от непреклонного факта – когда он касался меня, я хотела этого.

Отбрасываю эту мысль, пока она не убила меня. Никогда, никогда больше я не буду думать об этом. Не позволю ему так с собой поступать.

Плетусь через комнату, кутаясь в простынь, потому что теперь мне стало очень холодно. Медленно прохожу в ванную и открываю кран с горячей водой. Наполнив ванну почти до краев, сбрасываю простынь и погружаюсь в воду. Тело обжигает, словно я опустилась в кипяток.

Но я не останавливаюсь, заходя все глубже и глубже, пока вода не достает мне до подбородка. Спутавшиеся волосы окутывают меня.

Кажется, я просидела в воде вечность. Кожа сильно покраснела.

Насколько легко было бы уйти под воду? И сидеть там, пока я не захлебнусь, и, наконец-то, не избавлюсь от боли и желания.

Я могла бы сделать это.

Я должна. Я больше не хочу так жить. Не могу жить, когда он знает, что победил, но все еще ненавидит меня за то, что сделал. Не могу жить, зная, что, несмотря ни на что, я жажду его прикосновений. Они нужны мне. Только в эти моменты я чувствую себя живой…

В этом мире полно противоречий. А я всегда хотела, чтобы во всем был порядок и четкая последовательность.

Не хочу жить. И совсем не хочу оставаться здесь ради человека, разрушившего мою жизнь.

Он был прав: то, что происходит между нами, - чистейшее безумие. Но я еще могу излечиться. Я прекращу это.

Надо обдумать это в другом ключе.

Я буду свободна. Потому что только смерть может освободить меня.

Но на этот раз я не стану молиться. Коли уж Бог покинул меня, тогда, не думаю, что его будет волновать то, что я больше не верю в него.

Набранного вами номера не существует.

Погружаюсь глубже, пока не оказываюсь полностью под водой. Вода тут же заливается в нос.

Держу глаза открытыми, глядя, как волосы окутывают меня, а маленькие пузырьки воздуха срываются с губ и устремляются на поверхность.

Все просто, ровно до тех пор, пока легкие не начинают гореть.

Заставляю себя оставаться под водой. Я должна пойти до конца, должна стать свободной…

Внезапно затылок пронзает боль, и я чувствую, как кто-то тянет меня за волосы вверх, грубо вытаскивая из воды.

Судорожно хватаю ртом воздух, и спустя секунду слышу яростный шепот:

- Так ты хочешь умереть? – Он сильнее тянет меня за волосы. – Возможно, я могу помочь тебе.

И он опускает меня под воду, силой удерживая мою голову, чтобы я не смогла выбраться. Барахтаюсь в воде, пытаясь всплыть на поверхность, потому что – Господи, нет! – я хочу жить! Не хочу, чтобы он делал это…

На мгновение мне удается вырваться и вздохнуть, тут же подавившись воздухом.

- Нет, - полу крик, - нет, пожалуйста…

Он так сильно сжимает в кулак мои волосы, что кажется, будто он собирается выдрать их с корнем.

Он резко тянет меня из воды - воздух обжигает легкие! – и вытаскивает из ванны.

С трудом поднимаю голову, глядя на него сквозь упавшие на лицо волосы. В его взгляде столько ненависти, она почти осязаема.

- Ты для меня ничто, - ожесточенно бросает он, а затем, повернувшись и не глядя больше на меня, выходит из комнаты, громко хлопнув дверью и заперев ее на замок.

Опускаю голову, касаясь лбом пола, по телу все еще пробегают судороги.

Я не должна позволять его словам ранить меня. Он не должен так влиять на меня. Я отвратительна самой себе, потому что эти четыре слова буквально убивают меня.

Не могу быть той, кем стала. Не могу позволить себе соответствовать тому ярлыку, что он на меня повесил.

Кто же та девочка, какой я была раньше?

Я верила, что в каждом есть что-то хорошее. Я была доброй, и храброй, самой умной. Я, я...