«НиЩаснОе ЛюбОффЬ» или «ЛяМурр ТуЖуРР и АбОжурР» :D

Он с щемящим чувством сожаления смотрел в эти полные нежной любви, всесожигающей страсти и прочих радостей земного бытия изумрудные глаза, которые никогда больше не увидят этот мир, которые никогда не посмотрят на него с тоской и пониманием… Короче: подох наш дорогой Гарри Поттер у ног скорбящего Малфоя. (Далее следуют бурные рыдания. Ладно, не бурные, но хотя бы сочувственный «хнык» обеспечите?!)
-Гарри, милый! – Драко драматично опустился рядом с трупом на колени.
Слёзы стекали по щекам слизеринца и капали на мёртвое, искажённое страданием и душевными метаниями лицо Гарри. Но последнему ничто на свете не могло уже помочь. Он терял свою жизнь медленно, по капельке отдавая её Малфою всю, без остатка…
А Драко мучался: его любовь уходила в небытие, оставляя лишь воспоминания. Печальные, тягучие, но в то же время сладостные. Например, о том, как они впервые признались друг другу в любви.
-Гарри, я люблю тебя!
-Угу, передай, пожалуйста, мне рисовый пудинг!
Драко тогда специально сел за стол гриффиндора. Все очень удивились, особенно профессор Снейп. В его глазах отчётливо различались слёзы. (Страдают все!!!) Он любил слизеринского принца, как своего сына (Стрянно, стрянно, не находите?), и поэтому очень огорчился таким переменам.
Вся жизнь прошла перед глазами Малфоя. Ведь жизнь для него – любовь Гарри. Их первый поцелуй…
-Чмок!
-Тыщ!
Потом любимый сказал, что ему нравятся рыжие. Драко пришлось перекраситься, хотя, не будем скрывать, сей альтруистический шаг дался ему с трудом. Но Малфой был готов на всё ради своей любви. Это чувство было самым светлым в его жизни.
Единственной проблемой было рассказать об этом отцу… Объяснение вышло очень бурным.
-Папа, я люблю Гарри Поттера и хочу за него замуж!
-Ав-ав-ав…
-Папа, что с тобой?
-Авада Кедавра!
Слава Богу, старший Малфой промахнулся. Иначе Драко никогда больше не увидел бы этих удивительно нежных зеленых глаз…
Да… Им пришлось через многое пройти (Драко и Гарри, а не глазам! Хотя глазам как частям героев тоже досталось.): через непонимание, отвращение, даже жестокость.
-Джинни, не могла бы ты помочь мне с выбором нижнего белья, мне нужен независимый консультант, знающий предпочтения Гаррички!
-Круцио!
(Вообще-то Джинни хорошая девочка и таких нехороших слов не знает, но а как бы вы поступили на её месте?)
Но их чувства ничто не могло разрушить. Любовь поднимала юношей над землёй и дарила свой свет всему миру, не спрашивая мнение мира на этот счет.
Драко вспомнил самый волнующий момент – момент их первой близости.
-Гарри, обними меня!
-Хр-р-р-р…
«Как много счастья было в моей жизни! – подумал Драко – теперь я могу умереть!»
Бывший блондин склонился над любимым и в последний раз поцеловал ещё тёплые губы. (Медленно остывают, однако!)
-Мне незачем жить без тебя! Я уйду вслед за тобой в иной мир, буду защищать тебя и там, оберегать и хранить нашу любовь, мы будем с тобою вместе! Навсегда…
Синий труп Гарри слабо дёрнулся, с того света выражая неукратимое желание слиться с любимым в едином вздохе.
-Прощай, Гарри! Прощай, любимый! Не отговаривай меня! Я уже всё решил! – прошептал Драко, доставая кинжальчик.
Некоторое время слизеринец вспоминал, где у него сердце. Потом решил, что сердце – это там, где болит.
Страдание свербило его изнутри, и он решил избавиться от всего разом, предаться вечному покою и счастью.
-Прости, Гарри!
Теперь у озера лежат три трупа: Гарри, Драко и гигантского кальмара, не пережившего накала столь высоких чувств вокруг его скромного обиталища.